огонек голубой
-
А вот ещё случай был. Новогодний.
Новый год мы обычно встречаем у Булки, моего однокурсника, крохотульки-олигарха и большого пофигиста. Еще в нашей компании есть Жорик, человек с консерваторским образованием, и Лёвка – отличный мужик, хоть и меланхолик. Сидим мы, значит, у Булки в его зимнем саду. Кругом пальмы, монстеры восхитительные и пеларгонии с запахом роз, не говоря уже о пяти видах драцен и бабкином фикусе, который мы с Заей преподнесли хозяевам в качестве новогоднего подарка. На столе всякие пироги с дичью, корейчатина, суши-муши, салат «Деликат», шашлыки осетровые и отбивные по-корсикански (в сырных треуголках). Выпивки немеряно. Сигары, сигареты и сигариллы. «Битлз», Белый альбом.
Бабье окопалось у телика, пуская обильную слюну на Голубой Огонек. А мы с друганами, как всегда, предаемся интеллектуальной беседе.
Для начала гневно заклеймили агрессивную политику США и лично Барака Обаму. Поговорили о русской истории, нехорошим словом помянув Петра Лексеча, Льва Николаича, колониализм и реформу орфографии. После Лёвка двинул свою любимую телегу про осознание внутреннего бытия человека в мире с душераздирающими примерами из жизни офисного планктона.
Жорик говорит:
- Все это, конечно, интересно, но устарело, как говно мамонта. Сартр твой – отстойник, да и ты вместе с ним, извини, конечно. Субъективизм нынче входит в дорожный несессер каждого комми и каждой хостесски, а вялое созерцание мирового зла благодаря интернету не вызывает ничего, кроме равнодушия. Я вчера смотрел порноролик с участием коня, двух девушек и однорукого бандита – не вставляет. Не вставляет!! То есть, они друг другу, конечно, вставляют, но я, зритель, даже эстетического негодования не почувствовал, вот какие дела, браток… А ты говоришь, воля следует за разумом. Ни хрена. Нынешняя безмозглая молодежь только философию консьюмеризма признает, и правильно делает. Платить иль не платить – вот в чем вопрос современности. И вместо черепа – терминал в потной лапе.
Повздыхали, поговорили о молодежи и коневодстве. Я прочёл неприличную басню Крылова «Тёлка и мясо». Булка достал буль-булятор.
- Э, нет, чувачки! – говорит Лёвка спустя какое-то время. - Я не про баблосы. Размышлять сегодня, в эпоху падения Пизанской башни цивилизации, о прерогативах потреблядтсва - это общее место. Я испытываю смешанные чувства, когда слышу разговоры об аннигиляции морали, культе кредитов, телевизорах, черно-белых фотографиях и искусстве дизайна. Я также очень не люблю блоги о путешествиях и способах сделать карьеру, хотя вы можете и не понять, что я, собственно, хочу этим сказать. Зато я люблю наблюдать, как современные офисные дураки, не выходя из законопослушного анабиоза, вываливают на свои веб-страницы в Одноклассниках хаотичный мусор своего существования, не задумываясь ни на секунду о том, что действительно происходит в мире сейчас. Вокруг нас – вселенные, наполненные таинствами, моджахедами, взрывами в далеких ебенях, страницами книг и кокаиновым регги, а люди… Эх, люди. Недавно видел девушку в женском туалете, она стояла с ай-подом напротив зеркала и фотографировала собственную обнаженную грудь. Щелкнула раз пятьсот, пока ее подружка красила свои силиконовые губы. Стыдно. Как стыдно, чувачки. С точки зрения трех стадий восхождения личности к подлинному существованию, разве к этому стремились все те старые люди с седыми бородами в длинных колпаках, украшенных звездами и таинственными иероглифами, происходящими из самой глубины их мистических умов?
Поговорили о предпочтительном размере женской груди. Жорик спел песню «Ой, аяз, аяз».
После второго буль-булятора Булка замечает:
- Спираль нравственного прогресса есть ложная контаминация с участием полифонического фрагмента. Однозначно. Что мы имеем? А имеем мы, господа, новенькую сотрудницу-китаянку со смешными культурологическими перверзиями. Все это хорошо и замечательно, однако же скучно уже на пятый раз. Скучно. Скучно. А вы говорите – Сартр. По моему скромному мнению, Хайдеггер исчерпывающе описал парадокс преодоления скуки исследованием предмета этой скуки: только выяснение сущности человеческого бытия раскрывает сущность бытия… Кхе-кхе.
- Опять в Википедию бабло послал? Вот придурок, - говорю я. – Если бы ты Хайдеггера на старонемецком прочел, я б тебе поверил. А так… Одиночество – вот ответ всех философских доктрин на все вопросы современности. Каждый субъективно, да и объективно, абсолютно одинок и не может доверять даже собственным легким, норовящим обзавестись раковой опухолью, или ногам, стремящимся к артрозу тазобедренного сустава. Мечта человека - оказаться в дружелюбной теплой общине, где отовсюду поддержка и забота гражданского общества, - сродни мечте о чистой любви до гроба с неослабевающим сексуальным желанием при наличии супружеской верности. Но человекам свойственно жестокой рукой внедрять мечту в реальность, несмотря на брызги крови и мозга осчастливленного индивида или целой страны. Твиттеры, митинги и групповой секс только заменители этого вечного стремления оказаться с себе подобными в теплой мягкой, берлоге и говорить, говорить. Говорить. Парадокс состоит в том, что объединяться по своей воле люди могут только в стадо, чей коллективный мессидж не идет дальше мародерства, блядства, драки и унылой гибели от пули или сапог ближайших братьев по быдло-разуму. Так что не верю я в философию…
- А во что ты веришь, графоман? – прерывает мой монолог обиженный Булка и берет со стола авокадо. – В доброту – не веришь. В порядочность, в честных политиков, в гражданское общество - тоже. Может, ты просто вонючий трус и бездарь, а? Говорящий олень и фикус ходячий?!!
И бросает в меня упомянутым авокадо.
Жорик хватает недоеденную грудку фазана:
- Да ты самый лысый и самый неудачливый в нашей компании. Ты посмотри на себя, жопа. Сколько можно тупую несмешную хрень с матами писать? Лучше бы машину купил и липосакцию сделал. И кстати, где ты выкопал этот ежедневник позапрошлогодний, а? Хорош подарочек.
И бросает в меня грудкой.
Лёвка попросту выплескивает мне в лицо полный бокал божоле со словами:
- А мне подтяжки подарил звездно-полосатые. Стыдно! Хоть бы раз в ресторане за себя заплатил, босота. Хватит, мужики, терпеть этого задротного персонажа. Пусть проваливает с Заей своей, фикусом и трениками. Эй, Афоня, на выход!
И всё вокруг вертится и падает, веером летят зеркальные осколки, елочные лапы, листья монстеры, отбивные по-корсикански, Сартр и ценности консьюмеризма…
…Жена мне говорит:
- Саня, за стол. Лёшку разбуди, Новый год скоро.
Мы садимся за стол и кушаем салат оливье и куриные ноги в майонезе. Потом смотрим телевизор и смеемся над проделками Тины Канделаки и Вани Урганта. Киваем Президенту. Чокаемся дрянным шампанским, целуемся и поздравляем друг друга. Опять, зевая, смотрим телевизор. Я планирую праздничный отдых. Завтра предстоит поход к родственникам и пять часов ночной изжоги. Послезавтра надо сынка в цирк сводить. Колено как болит, а? Жена станет смотреть целыми днями старые комедии. Я буду пить пиво и читать старые книжки. А потом снова на работу. Привет Ипполиту и Женечке Лукашину.
- Слушай, надо бы ремонт весной сделать. А то стыдно уже за квартиру, - говорит жена, укладываясь.
- Разберемся, - отвечаю я. – Спокойной ночи, дорогая.
И она засыпает. А я встаю, беру ноутбук…
…И оказываюсь в булкином джипе. Это мы кататься поехали, ну, после того, как помирились. Пацаны каждый год меня разыгрывают, я в компании самый внушаемый. В прошлом году живую черепашку в суп подкинули, в позапрошлом уронили в булкин бассейн с коньяком. В этот раз они меня в прихожей догнали, содрали с изумленной Заи шубу, потом вручили мне Перпетуум-Нобелевскую премию по литературе в размере мильонной тугриковской купюры с моим изображением.
Так вот, едем мы в джипе. Горный серпантин выкидывает коленца и ленты Мёбиуса, Булка небрежно придерживает руль одной рукой и вообще на дорогу не глядит. Мимо пролетают заснеженные прилавки, утыканные кривыми, как бонсаи, елками, силуэты элитных особняков на их вершинах, ползущие по склонам фазенды мелкого дачника, урвавшего свои шесть говносоток для полноценного летнего говноотдыха.
Беседуем о бабах. Время от времени Жорик кричит: «Стой, сука! Подснежников надо набрать! Братец Апрель! Я иду к тебе!» Булка послушно останавливается, и мы с интересом глядим на то, как Жорик, сняв концертные туфли, танцует вокруг джипа и ловит снежинки своей раритетной скрипкой.
Я в ударе. Я петросяню вовсю. Я рассказываю телеги и анекдоты, я задвигаю теорию струн своими словами и привожу десятки примеров контаминаций, один смешнее другого. Все хохочут. Булка падает, задыхаясь от смеха, на руль и лбом давит на сигнал. Внезапно мы слышим крики. Оказывается, мы стоим на заправке, причем, судя по ругательствам заправщика, довольно давно.
Пока дружбаны братаются с заправщиками, я решаю посетить отхожее место. За углом, в аккурат перед открытой дверью, в морозном облаке зловония и электрического света, перед огромной лужей с сияющими, как новогодний фейерверк, бензиновыми разводами, стоит она. Девочка со спичками.
Ей не больше тридцати. Коротенькое чёрненькое платьице на лямочках. Чулочки продраны на коленках, а ножки босые. С головы криво свисает сияющая диадема. Девочка прижимает к груди коробок спичек для камина. Она поднимает на меня глаза, окруженные темнотой и блёстками, но взгляд её пуст…. Девочка зажигает мега-спичку и делает шаг мне навстречу, говоря нараспев:
- … белоснежная скатерть и дорогой фарфор, чудесный аромат жареного гуся, начинка - чернослив и яблоки! Атанде!
Спичка гаснет. Она делает еще шаг и зажигает новую спичку:
- …Роскошная рождественская елка, тысячи свечей на её зелёных ветках! Секвенция!
Спичка гаснет. Тогда девочка выгребает все спички и разом зажигает их. Размахивая пылающим пучком, она бежит ко мне с криком:
- …Возьми, возьми меня к себе! Козырной марьяж!
Жалость и братское сострадание пронзают мое сердце. Я иду к ней, распахнув утешительные объятья. Малютка протягивает ко мне руки, но... Спички огненным комком падают в лужу и вспыхивают так ослепительно, что становится светлее, чем днем… Огонь выплескивается из лужи и уходит все выше и выше, и вскоре превращается в яркие, плещущие плазменным пламенем звезды. Одна из них катится по небу, оставляя за собой длинный дымный след…
«Кто-то умер», - думаю я, потому что когда падет звездочка, чья-то душа отлетает к Богу.
Я беру девочку за руку, и мы, озаренные светом и радостью, оба возносимся высоко-высоко - туда, где нет ни голода, ни холода, ни страха...
…Морозным утром возле потухшего монитора лежал я. На щеках моих играл румянец, на губах - улыбка, но я был мертв.
Я так замерз от одиночества в последний вечер старого года. Я так много выпил, выкурил и съел, я так долго сидел в интернете. Новогоднее солнце осветило мое мертвое тело и пепельницу, рядом валялась пустая сигаретная пачка и коробок спичек. Я сжег его почти целиком.
- Он просто хотел погреться, - говорила рыдающая жена немногим друзьям и родственникам на скромных поминках.
И никто так и не узнал, какие чудеса я видел, среди какой красоты я встретил Новогоднее Счастье.
Sezam 03.01.2012 | 00:48
Мистер Твиттер07.01.2012 | 00:05Мистер Твиттер07.01.2012 | 00:09Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:13Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:18Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:10Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:15Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:16Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:22Ответ на комментарийМистер Твиттер07.01.2012 | 00:07Мистер Твиттер07.01.2012 | 00:11Мистер Твиттер07.01.2012 | 00:20Ответ на комментарий
